Заброшенная усадьба Раухала: финский «коттедж», который внутри оказался заводом

В мае я рванула в Карелию, и на карте заранее отмечено было море must-see точек. Одну точку вычеркнула в последний момент — заброшенная кирха в Лумиваара. Раньше каждый путешественник привозил оттуда фото. А сейчас вход 500 ₽, подъём на башню ещё 1500 ₽, реставрацией и не пахнет, зато в комментариях пишут, что на территории стало грязно из-за палатки с едой. Бизнес по-русски. Не поехала спонсировать этот беспредел.

А вот усадьбы Раухала вообще не было в моем списке. Она случайно попалась на глаза по дороге в Сортавалу.

С трассы это кажется аккуратным финским домом: красный кирпич, белые детали, спокойный силуэт — такой себе загородный коттедж. Подъезжаю ближе, заглядываю внутрь — и ощущение резко щёлкает: это не «домик», а почти промышленный объект. Пространства неожиданно большие, планировка — как под производство.

У дома имя — Раухала. По-фински это «покой, умиротворённость», иронично для места, с такой насыщенной историей.

Построили особняк в 1897 году: финский модерн, красный кирпич + белый декор, изначально одноэтажный и очень «мирный». Владельцы — семья Винтеров.

Через 14 лет, в 1911-м, надстроили второй этаж. На фасаде до сих пор читаются инициалы — “J W 1911”, это доктор Джон (Юхан) Винтер, главный аптекарь Лахденпохьи и родственник сортвальского хирурга Густава Винтера.

Дальше дом прошёл стандартный для Приладожья, но от этого не менее драматичный путь. В 1930-е его забрала военная авиация; после войны здесь поселилась центральная усадьба совхоза «Яккимский»; с 1991 года здание оказалось в собственности лесозаготовительной фирмы «Микли» — следы деревообработки и сегодня встречаются внутри. С 2020 года усадьба числится памятником архитектуры регионального значения.

Раухала — про контраст. Ты подходишь с ожиданием «романтического модерна», а получаешь урбан-интерьер с производственной интонацией. Отсюда ощущение «завода внутри дома»: большие пролёты, голые кирпичные стены, местами следы реставрации, местами — та самая тишина, которая звенит в пустых залах.